Читаем без скачивания Время отмщения [HL] - Алексей Волков

— Под моим руководством только что разгромлена банда дикарей! — напомнила Месед.

— Мы очень благодарны вам за это, но настала пора действовать на самом широком фронте, и сколько бы мы ни сделали, много не будет. Надлежит как можно быстрее восстановить защиту границы. Затем обязательно прочесать весь район и удостовериться в полном разгроме дикарей. И вот что еще… Я думаю, надо проконтролировать переписку с заставами. Есть же программы по созданию виртуальных собеседников. Пусть лучше работают пока они, чем жители будут переговариваться напрямую. И еще надо где-то разыскать хоть какие-то резервы. Давно пора восстановить хоть часть спутников. Да и использованные ракеты должны быть чем-то заменены.

— Ракеты — ерунда, — отмахнулась Месед. — По оценке Стратегического мозга, наш превентивный удар должен надолго отбить у соседей желание побороться с нами.

— Все равно. Иногда мне кажется, что исчезновение одного из наших городов здорово бы помогло нам разрешить кое-какие проблемы, — признался Чуйс. — Население сокращается гораздо медленнее, чем производство. Очень уж много у нас дармоедов.

— Сколько всего погибло людей?

Ахор словно постарел за прошедшие сутки. На его усталом лице пролегли новые морщины, в бороде пробилась седина, но правитель продолжал держаться, подавая пример своим людям.

— Много, — вздохнул Джаюд. Он тоже был изнеможен и вымотан до крайности. — Часто находят только куски тел, и даже опознать погибших нет никакой возможности. Боюсь, точное число мы не узнаем никогда. Кроме того, многие остаются под завалами. И убитые, и, будем надеяться, живые.

— Будем, — эхом повторил Ахор.

У самого правителя надежды не было. После полуночи «тиграм» удалось разобрать часть дворца, и всю семью Ахора извлекли наружу. Их даже удалось опознать, всех до одного, и теперь оставалось предать тела земле.

Но разве не долг правителя заботиться о каждом из своих подданных как о родных? Вот только очень больно за безвременно ушедших, и не вина Ахора, что за кого-то больше, чем за остальных. Все мы люди…

— Что еще?

— Заключенные просят разрешения участвовать в поисках, — сообщил Джаюд.

— Какие заключенные? — не понял Ахор.

— Тюрьма тоже разрушена, все, кто находился в верхних этажах, погибли, а подвалы уцелели. Там же очень старая постройка, своды такие, что выдержали рухнувшие обломки. Кто-то пробился до нижних камер. Вот теперь…

— Сколько там человек?

— Около пятидесяти. Все — особо опасные, включая банду Кандилая. Но обещают дать слово, что добровольно вернутся в камеры, как только помогут разобрать завалы.

— И Кандилай? — уточнил Ахор.

— Он был первым, кто это предложил. Просил передать, что готов искупить свою вину и первым направиться мстить в Благодатные Земли.

— Хорошо. Объяви им всем от моего имени, что каждый, кто примет участие в работах и не замарает себя мародерством, а также будет готов выступить в поход на Элосту, получит полное прощение.

— Я немедленно распоряжусь, чтобы им передали, — согласно склонил голову Джаюд.

— Хорошо. Впрочем, нет. Я сам скажу им об этом, — Ахор тяжело, словно в одночасье превратился в глубокого старика, поднялся с камня, на котором сидел, и направился в сторону тюрьмы. Благо последняя располагалась совсем недалеко от дворцовых построек.

— Весана нашли, — горестно поведал по дороге Джаюд.

Уточнять, в каком именно виде, старый начальник «тигров» не стал, и потому Ахор понял все. Правитель ободряюще положил руку на плечо своему помощнику. Чуть сжал, демонстрируя сочувствие, но без слов. Зачем нужны слова, когда вокруг такое горе?

— Что говорят в народе? — вместо утешения спросил Ахор. Словно не знал сам.

— Народ единодушен. Все проклинают врага и горят желанием отомстить подлым трусам.

— Скоро. Уже скоро. Думаю, самое большее — дней через десять мы выступим. Лишь похороним погибших и наведем здесь хоть подобие порядка. Время скорби сменится временем отмщения. Оружие, слава Неназываемому, в сохранности. Если бы еще добраться до казны…

— Там крепкие своды. Совсем как в тюрьме, — горестно, радоваться он не мог, улыбнулся Джаюд.

Ни один, ни второй не знали, что в возникшем на месте сокровищницы завале находится казначей. Он успел спуститься вниз раньше, чем на дворец обрушились первые ракеты. Удары были настолько сильны, что вначале старик подумал о землетрясении. Даже попытался побыстрее вырваться наружу, но ход уже был завален. Теперь казначей сидел рядом с сокровищами, смотрел на огонек светильника и терпеливо ждал решения своей судьбы. Ни еды, ни воды у него не было. Воздух тоже стал затхлым, но где-то имелись отдушины, и удушье пока вроде бы не грозило. Вот только немного тянуло запахом мертвечины, и старик представил, что скоро так же будет пахнуть и он.

Хотя годом раньше, годом позже — велика ли разница для долго жившего человека?

Бывшие заключенные действительно располагались неподалеку. Впрочем, располагались — явно не то слово. Они старательно работали, разбирая остатки какого-то строения, и лишь несколько конвоиров неподалеку свидетельствовали, что здесь трудятся отнюдь не вольные люди. Без конвоиров понять это было бы трудно. Сейчас большинство горожан, работающих на завалах, были одеты так же грязно. Ведь даже самым богатым пришлось метаться среди грохота и пламени разрывов, выбираться из рушащихся зданий, а потом еще без отдыха откапывать живых и мертвых, близких и чужих.

Сам правитель тоже внешне мало чем выделялся среди подданных. Весь перемазанный так, что богатый наряд утратил великолепие, усталый, не похожий на величественного повелителя могучего государства. Даже обычно пышная свита в данный момент была представлена лишь Джаюдом да четверкой «тигров».

— Соберите всех, — коротко распорядился Ахор.

Каким-то образом его узнали, потянулись поближе, и довольно быстро рядом с ним образовалось нечто среднее между небольшой толпой и неровным строем. Никто из заключенных слишком близко не подходил, старательно выдерживая некоторую дистанцию, и трудно сказать, что было тому причиной — страх перед вооруженной охраной, готовой стрелять в любую подлинную или мнимую угрозу, или традиционное почтение к человеку, от рождения наделенному почти абсолютной властью.

Ахор внимательно посмотрел на осунувшиеся лица заключенных. Здесь стояли те, кто имел полное право быть недовольным его властью хотя бы потому, что многие были приговорены к пожизненному заключению, большинство же — к смертной казни, которую просто еще не привели в исполнение. Но и правитель не просто имел право, а был обязан защищать свой народ от этих грабителей и убийц. Один Кандилай со своей бандой чего стоил! Поймать его было непросто и привело к новым жертвам среди отправленных на это дело солдат.

— Знаете, кто я? — не повышая голоса, спросил Ахор.

По толпе прошел слитный гул.

— Тем лучше. Я тоже знаю, кто вы. И ваши преступления мне известны тоже. Но… — Ахор помолчал, а затем решительно продолжил: — Каждый из вас, кто будет содействовать в нынешней работе и при этом не попытается бежать или совершить какое-нибудь новое преступление, будет помилован. Смертникам — жизнь, остальным — уменьшение срока. Согласны с условием?

Новый гул пробежал по толпе, на этот раз — одобрительный. Затем вперед вышел крепкий человек с орлиным носом. Борода его была растрепана, от наряда остались лохмотья, лицо перепачкано так, что даже возраст определить стало трудно, и лишь поступь отличалась решительностью.

— Мы все желаем принять участие в отмщении. Хочешь — пойдем первыми, даже оружие себе добудем сами, и мы согласны затем вернуться в тюрьму, но перед этим обязательно поквитаться с врагами. Пусть умрем, но прежде отомстим.

Взгляд правителя и взгляд разбойника встретились.

— Хорошо, — после паузы объявил Ахор. — Я, Ахор из рода Властителей, даю слово, что каждый из вас получит прощение за прошлые грехи.

— Я, Кандилай, даю слово приложить все силы, чтобы виновники случившегося были жестоко наказаны. Ни я и ни один из этих людей не дрогнет и не побежит. За это готов отвечать головой.

— Оружие вам будет дано перед походом. Стража, эти люди свободны. Джаюд назовет командира, которому вы будете подчиняться в работе и походе.

Ахор сказал и повернул прочь. На его плечи давил страшный груз, но правитель отнюдь не казался подавленным. Не было у него права раскисать. Не было.

— Ноги надо делать отсюда. Ноги, — Ялан потянулся к трубке и сделал глубокую затяжку. Человек непривычный от такой порции дури мог бы уплыть, но Ялан был крепок и нуждался в гораздо большей дозе.

— Какие ноги? Мы их разбили, — не согласилась Браминда.

Вот она уже наверняка пребывала в тех местах, где нет проблем, а есть сплошное блаженство.